цирлах; кто знает, может что-то перепадет.
— Нарушителями? — повел бровью Саймон, разглядывая директора, будто тот превратился в чудовище. — Артем разоблачил заговор на Турнире. С его помощью я победил.
— А… То есть так… Что же, хороший мальчик. Он довольно умен. Но есть и свои недостатки, — почёсывая голову, промямлил директор.
— Что ж, он обязательно их исправит. А пока, прошу отпустить Белозерова. Нам надо поговорить. Надеюсь, вы не будете против?
— Что? Нет. Мы уже все закончили. Помни, что я говорил, Белозеров. И больше не нарушай дисциплину. Вот так, — скомкано произнес директор, чуть не подавившись собственным языком.
Атмосфера «конкретной беседы» была разрушена. У меня появился влиятельный друг, с которым опасно шутить. А моя репутация резко взлетела вверх, сделав меня героем.
При таком раскладе сложно трясти компроматом. Опоздания на урок, двойки, драки? Что еще там… Да хоть обвинение в групповом изнасиловании. Директор понял, что обломался, решив свернуть наступление.
Это хороший вариант. Для него. Иначе мог лежать на под столом со скрепкой в горле. А так, чего уж там. Да здравствует мирное соглашение. Пока что, а дальше посмотрим.
Выйдя из кабинета директора, я пообщался с Саймоном. Несмотря на то, что урок был в разгаре, к чемпиону стали клеиться девушки, неизвестно откуда взявшиеся среди коридора.
Парень пожал мне руку, и быстро ушел, чтоб не провоцировать бунт. Я направился в класс с чувством триумфа в душе, ощущая, как Великая Справедливость дает новые силы для получения знаний.
Казалось бы, это все. Но в суматохе последних событий я забыл про флешку, которую дала Вера. К счастью, дыру в памяти удалось залатать. Нашел носитель информации после учебы, ознакомившись с его содержимым.
Вера говорила об ужасных вещах, сыпала уликами и доказательствами. Черт, она не простая училка! Ловлю себя на этом в который раз. Ну да ладно.
Светлова говорила, что надо идти в полицию, рассказывала, как лучше все сделать. Она откровенно тряслась, опасаясь самого худшего.
Но девушка не поняла одной вещи, несмотря на все, что между нами случилось. Вера думала, что я гребанный школьник. А это немного не так. И бороться с трудностями по школьному точно не собираюсь.
— Артем, я прошу тебя, не глупи. Иди в полицию, срочно. Пусть мама сделает все, что положено. Это очень опасно. Я не шучу. Пока, будь умницей, — сказала Светлова в конце видео обращения.
Настоящий подросток бы испугался, превратившись в дрожащего кролика. Но я лишь слегка улыбнулся, предвкушая новую миссию, которая даст мечу Справедливости разгуляться в полную силу.
* * *
Блондин в элегантном пиджаке сидел за рабочим столом, глядя в панорамное окно кабинета. Комната была отделала лучшими современными материалами, имела роскошный, но не вычурный интерьер.
Мебель расположена с умом, чтоб не занимать много места, но с успехом выполнять свои функции. В каждой мелочи кабинета, от необычной квадратной люстры, до футуристических угловатых кресел, ощущался изысканный стиль и страсть к перфекционизму.
Еще бы, ведь хозяином помещения был Эдмунд, отец Эльдара. И сегодня у него намечалась важная встреча.
— Хмм, хорошо. Очень хорошо, все отлично, — медленно произнес он, откинувшись в кресле и слегка прищурив глаза.
В тот момент, дверь резко открылась. В кабинет вошел мужчина в растянутом свитере и спортивных штанах. Он был среднего возраста с легкой небритостью на щеках и хищным звериным взглядом.
Вошедший осмотрелся вокруг, будто был в неком музее. Потом громко присвистнул, шагнув к гостевому креслу, куда резко плюхнулся.
— Эй, кто тебя просил так ломиться? И вообще, еще двадцать минут! Что за больная непунктуальность? — нахмурился блондин, разглядывая внезапного гостя, отчего на идеально гладкой коже проступила легкая сетка морщин.
— Ты сам сказал прийти срочно. У меня еще много дел. Что не так? — огрызнулся вошедший.
— Все Горские такие неучтивые или через одного? — произнес блондин, выходя из себя.
— Ладно, не кипятись. Красивая у тебя хата, — сбавив тон сказал собеседник.
— Да, дизайн… мое маленькое хобби, — ответил Эдмунд.
Мужчины замолкли, уставившись друг на друга, как будто чего-то стеснялись. Первым нарушил тишину сам хозяин. Он поправил роскошные волосы и заявил:
— Пора начинать наше дело. Твои люди готовы? Мне передали информацию. Но хочу лично услышать…
— Кха, да. Вроде норм. Они открутят башку любому!
— Отлично, — довольно хихикнул Покровский. — Теперь обсудим детали. Я набросал план наших действий в виде простенькой схемы.
Хозяин кабинета открыл папку, отделанную блестящей кожей, и достал оттуда листок бумаги.
— Э, погоди, не гони. Я тут короче подумал, — протянул Горский, почесав свою мощную шею.
— Что не так? — напряженно спросил блондин.
— Фуух, раз мы тут базарим, то есть честно, без понта… То я думаю, что все лажа, — произнес здоровяк, теряясь, как первоклассник.
— Как? Мы готовились, Игорь! Какого дьявола, а? — недоуменно произнес Эдмунд.
— Знаю. Но просто, пошло оно все. Тебе что, живется хреново? Разнесем эту фабрику хренову, а потом? Гемора тупо не оберешься.
— Хватит! — прокричал Эдмунд, стукнув по столу кулаком.
Из-под столешницы послышался девичий визг. Стол слегка зашатался. Из-под него с трудом выползла высокая девушка с белыми волосами, длинными ногами и большой грудью.
Последняя была полностью обнажена, из-за расстегнутой блузки. Девчонка смотрелась развратно. Макияж был немного смазан, синие глаза горели от смущения, недоумения и легкого возбуждения.
Красотка медленно поднялась на ноги, демонстрируя гостю попу, обтянутую тканью деловой юбки. Затем стала возле стола, как будто ничего не случилось.
— Это… что, Эдмунд? — процедил Горский, тараща глаза, потом нервно сглотнул слюну.
— Я же сказал, что ты слишком рано! — бросил в ответ отец Эла.
— Да, но…
— Не но-кай! А ты, Светлана, можешь пока что идти. Закончим отчет позже.
— Да, господин, — пискнула дама, смущённо потупила взгляд, и пулей покинула кабинет.
Воцарилась напряжённая тишина. Игорь был в шоке от увиденного. Но Эдмунд привел его в чувства.
— Белозеров… этот мелкий щенок! Он убил твоего брата той ночью. Ты клялся отомстить, помнишь, нет? А теперь боишься поджечь чертову фабрику? — сказал Покровский, сверля гостя взглядом.
— Нет. Заткнись! Все не так. Он был мне двоюродным братом. К тому же мы вечно грызлись. И вообще, я получил часть наследства. Еду управляться с бумагами, дел по горло, — попытался огрызнуться Горский.
— Это ничего не меняет! Мы должны поставить на место малолетнего сосунка! — истерично воскликнул Эдмунд.
— Да… может быть. Но знаешь, Эд, я устал. Задолбался быть неудачником. Судьба дала чертов шанс, и продолбать его будет тупо. Братан сам напросился. Он был гребанным выскочкой. А пацан… Разве мог один малолетка спалить пол-усадьбы, так еще замочить Пахана? Это бред! Вы сами сделали Белозёрова
